на главную страницу            

   На главную    

   Биография

   Живопись

   Иван Грозный   
   Крестный ход   
   Запорожцы   
   Портреты   
   Приплыли   

   Графика

   О рисунках

    Лев Толстой 

   Воспоминания

   Арт критика:    

   Шер   
   Бенуа   
   Иванов   
   Грабарь   
   Волынский   
   Кириллина   

   В "Пенатах"

   Репин и ТПХВ

   Репин в Питере

   Письма Репина

   Статьи Репина

   Приложение

   Публикации

   Хронология

   Фото архив    

   Гостевая

   Музеи

Илья Репин

   Илья Репин
   1880-е годы

Илья Репин

   Илья Репин
   1910-е годы
   
  
   


Первая страница
 Вторая страница 
Третья страница

   


Дружба Репина с писателем Львом Толстым, продолжение

Репин заинтересовался статьей Толстого, сообщил о ней Стасову и рекомендовал ему ознакомиться с ней. Репин писал, что «очень любопытно, просто и сильно написано; хотя, конечно, останется гласом вопиющего в пустыне или сведется в конце концов на ту же филантропию, которой он (Толстой) не любит». Лев Толстой лично участвовал в переписи, посетил ряд домов по Смоленскому рынку и по Проточному переулку, где жила московская беднота, босяки, видел страшные сцены нищеты, голода и, по окончании переписи, принялся писать трактат «Так что же нам делать?», в котором хотел подвести итоги виденному им во время переписи. Статья, в которой Толстой остро разоблачил язвы современного общества, была запрещена в России. Предполагалось, в связи с этим, напечатать статью за границей.Прочтя толстовскую статью в рукописи, данной ему другом Льва Николаевича, В.Г.Чертковым, Репин сделал к этому трактату серию иллюстраций, показывающих и самую перепись и участие в ней Льва Толстого. Эти иллюстрации датированы художником 1885-1886 годами. В основу их легли, несомненно, его личные впечатления, собственные наблюдения в течение нескольких лет московской жизни.

Мы не располагаем данными о том, что Репин был во время переписи вместе с Львом Николаевичем, но сами иллюстрации убедительно свидетельствуют об этом. Замысел их, несомненно, относится к московскому периоду жизни художника, и именно к 1882 году - году переписи. Репин показал в своих рисунках различные стороны быта городской бедноты. Вот по улице городовые ведут толпу босяков, задержанных из-за собирания милостыни (а что другое могли они делать?). Далее - городовой и дворник ведут в участок пьяную женщину, конечно, проститутку, которую нужда вывела на улицу; на этом рисунке запечатлен и Лев Толстой - он остановился, увидев эту сцену. На третьей иллюстрации Репин показал Льва Николаевича в каморке большого ночлежного дома, так называемой «Ржановской крепости», где писателя с ненавистью и гневом встречает растрепанная женщина, а в углу, на кровати, спит пьяный оборванец. На четвертом рисунке - похороны бедной прачки. На пятом - ночлежники, перепуганные приходом к ним переписчиков, среди которых виден и Лев Толстой.
И, наконец, последний рисунок этой серии - незавершенный эскиз «У костра»: в морозный день Толстой стоит у костра, окруженного толпой замерзших бедняков. Рисунки к трактату Толстого Репин делал с натуры, поэтому так ярко и сочно отобразил он в них жизнь московской бедноты. В этих иллюстрациях - первые репинские зарисовки Льва Николаевича. К созданию же целой толстовской сюиты художник приступил лишь пятью годами позже. В 1887 году, побывав в августе в Москве, Репин съездил в Ясную Поляну, пробыл там неделю, сделал ряд зарисовок Толстого и написал великолепный портрет Льва Николаевича - в кресле с книгой в руке и серию рисунков, изображающих Льва Николаевича пашущим. Эти рисунки послужили впоследствии Репину материалом для создания картины «Толстой на пашне». «У нас - завтра будет неделя - живет Репин и пишет мой портрет - и отнимает у меня время, но я рад и очень полюбил его, - писал Толстой В.Г.Черткову. - ...он очень хороший и серьезный человек. Мы много говорили с ним. Он очень много подвинулся с тех пор, как я не видал его». В другом письме Толстой писал: «Я его еще больше полюбил. Живой, растущий человек». И в письме к Н.Н.Страхову: «Репина... я так же высоко ценю, как и вы, и сердечно люблю... Я знаю, что он меня любит, как и я его».
Портрет Толстого был выполнен в двух вариантах. В первом варианте Лев Николаевич сидит в кресле за большим письменным столом. Фоном служит большой книжный шкаф. На столе - книги, бумага, корреспонденция, чернильница. В руке Толстого - брошюра. Этот вариант не понравился Репину, и он сделал второй портрет. Здесь Репин отбросил все бытовые аксессуары: нет книжного шкафа, убрано все со стола. Все внимание сосредоточено на Толстом. Книга в руке писателя раскрыта, но он не читает ее. Поток мысли заставил его отложить чтение. Толстой весь сосредоточен, он раздумывает над прочитанным. Зритель видит, чувствует эту работу ума великого мыслителя. «Это - крупный исторический памятник, - писал о портрете Стасов П.М.Третьякову, - но вместе - один из изумительнейших жанров всей русской школы». И Стасов восклицает: «А как наш Репин идет вперед - просто гигантскими шагами!»

Портрет Толстого Репин создал всего за три сеанса. Художнику удалось запечатлеть на полотне те черты Толстого, какие записал он в плане задуманной, но не написанной им статьи о Толстом: «Вырубленный задорно топором, он моделирован так интересно, что после его, на первый взгляд грубых простых черт, все другие покажутся скучны... Необыкновенно привлекательны и аристократически благородны были его губы. Широкий рот очерчивался смело, энергично, углы тонко извивались, прячась под львиными усами... Очертание всего рта было классически прекрасно. Выдающийся подбородок... Энергия воли, физическая сила и чисто скифская беспощадность ко всему отжившему культу. «Не молчать перед правдой царицею». Выражение победы духа над страстями».
Великолепна и картина «Лев Толстой на пашне».

Репин сам в своих воспоминаниях сказал, как создавались подготовительные материалы к картине и какой жизненный факт отобразил он. Репин пишет: «В один жаркий августовский день, в самую припеку... Лев Николаевич собирался вспахать поле вдовы... Шесть часов, без отдыха, он бороздил сохой черную землю, то поднимаясь в гору, то спускаясь по отлогой местности к оврагу. У меня в руках был альбомчик, и я, не теряя времени... ловлю чертами момент прохождения мимо меня всего кортежа... А великий оратаюшка все так же неизменно методически двигался взад и вперед, прибавляя борозды. Менялись только тени от солнца да посконная рубаха его становилась все темнее и темнее, особенно на груди, на лопатках и плечах от пота и черноземной садившейся туда пыли».
Этой картиной художник очень дорожил и горячо защищал ее идею в спорах. Так, когда П.М.Третьяков высказал мнение, что неудобно изображать Толстого за плугом, это, мол, будет похоже на рекламу, и что-де с прежних писателей подобных картин не писали, Репин ответил, что он никогда в жизни с этим не согласится: «А что не писали этюдов с натуры с прежних гениев - это очень жаль. Я дорого бы дал теперь за картинку из жизни Пушкина, Гоголя, Лермонтова и др. Тут есть какое-то брюзгливое ворчанье современников к новым явлениям - черта мне антипатичная и ничем, кроме ссылки на прежде, не оправданная».
В 1887 году Репин сделал еще один рисунок - Толстой, сидящий с книгой в так называемом «дедовском кресле». Зажженная свеча дает скудный свет. Толстой напрягает зрение, читая при таком свете.
Первые портреты Толстого, написанные Репиным, несказанно обрадовали Стасова. Он писал художнику: «Какой восторг, что Вы написали Льва. То-то должно быть великое чудо!!! Воображаю, с каким чувством Вы на него взглядывали из-за своего холста. Ведь Вы еще в первый раз на своем веку писали с гениального, со всемирного человека».

окончание...


"Не знаю других областей искусства, но живопись у теперешних французов - так глупа, так пуста, что сказать страшно. Собственно, сама живопись талантлива, но одна живопись, содержания никакого... Для этих художников жизни не существует, она их не трогает. Идеи их дальше картинной лавочки не поднимаются". (И.Е.Репин о французской живописи)

* * *

www.ilya-repin.ru, Илья Ефимович Репин, 1844-1930, olga(a)ilya-repin.ru

Rambler's Top100