на главную страницу            

   На главную    

    Биография 

   Живопись

   Иван Грозный   
   Крестный ход   
   Запорожцы   
   Портреты   
   Приплыли   

   Графика

   О рисунках

   Лев Толстой

   Воспоминания

   Арт критика:    

   Шер   
   Бенуа   
   Иванов   
   Грабарь   
   Волынский   
   Кириллина   

   В "Пенатах"

   Репин и ТПХВ

   Репин в Питере

   Письма Репина

   Статьи Репина

   Приложение

   Публикации

   Хронология

   Фото архив    

   Гостевая

   Музеи

Илья Репин

   Илья Репин
   1880-е годы

Илья Репин

   Илья Репин
   1910-е годы
   
  
   

Биография:

Первая страница
Вторая страница
Третья страница
 Четвертая страница 
Пятая страница
Шестая страница
Седьмая страница

   


Великий русский художник Илья Репин. Продолжение, страница четвертая

Репину далось писать свой портрет всего четыре дня: 2-го, 3-го, 4-го и 5-го марта; после того уже начался последний, смертельный период болезни. Писался этот портрет со всякими неудобствами: у живописца не было даже мольберта, и он должен был кое-как примоститься у столика, перед которым сидел в больничном кресле Мусоргский. Он его представил в халате с малиновыми бархатными отворотами и обшлагами, с наклоненною немного головою, что-то глубоко обдумывающим. Сходство черт лица и выражение поразительны. Из всех знавших Мусоргского не было никого, кто не остался бы в восторге от этого портрета — так он жизнен, так он похож, так он верно и просто передает всю натуру, весь характер, весь внешний облик Мусоргского.

Когда я привез этот портрет на передвижную выставку, я был свидетелем восхищения, радости многих лучших наших художников, товарищей и друзей, но вместе и почитателей Репина. Я счастлив, что видел эту сцену. Один из самых крупных между всеми ими, а как портретист бесспорный наикрупнейший И. Н. Крамской, увидев этот портрет, просто ахнул от удивления. После первых секунд общего обзора он взял стул, уселся перед портретом, прямо в упор к лицу, и долго-долго не отходил. „Что этот Репин нынче делает, — сказал он, — просто непостижимо. Вон посмотрите на портрет Писемского — что-то такое и Рембрандт, и Веласкес вместе. Но этот, этот портрет будет, пожалуй, еще изумительнее. Тут у него какие-то неслыханные приемы, отроду никем не пробованные — сам он «я» и никто больше. Этот портрет писан бог знает как быстро, огненно — всякий это видит. Но как нарисовано все, какою рукою мастера, как вылеплено, как написано! Посмотрите эти глаза: они глядят, как живые, они задумались, в них нарисовалась вся внутренняя, душевная работа той минуты, а много ли на свете портретов с подобным выражением? А тело, а щеки, лоб, нос, рот — живое, совсем живое лицо, да еще все в свету, от первой и до последней черточки, все в солнце, без одной тени — какое создание!"
Портрет Мусоргского уже отныне может вполне считаться народным достоянием: еще не видев его и только вследствие известия, что Репин пишет портрет Мусоргского, его купил заглаза П. М. Третьяков, а ведь всю свою чудную коллекцию русских картин, где столько великолепных портретов крупнейших русских художников и писателей, написанных Перовым, Крамским и Репиным, он уже и теперь завещал московскому публичному музею, т. е. русскому народу». В. Стасов

Даже если бы Репин оставил нам только портреты, то и тогда ему было бы отведено одно из ведущих мест в русской живописи. И дело не только в их количестве и даже не в том, что в совокупности своей они составили блистательную, не имеющую прецедентов галерею крупнейших деятелей России и русской культуры, науки, общественной мысли. Жанр реалистического живописного портрета, органически соединяющего образное обобщение и типизацию с индивидуально-конкретной характеристикой, обрел в лице Репина талантливейшего мастера. Казалось, он всю жизнь провел в состоянии увлеченной влюбленности в человека и, движимый ею, искал и находил в каждой модели неповторимо-индивидуальное своеобразие, бесконечное богатство психологии, характера, внутреннего мира. Поэтому ни один его портрет не повторяет другого, а система выразительных средств — от композиции до энергии и направления мазка — обнаруживает по отношению к портретируемому удивительную гибкость и пластичность. Более того, можно сказать, что все творчество Репина в известном смысле основано на искусстве портрета и все его картины из настоящего и прошлого России — это групповые портреты.

В конце 1870-х годов Репин много работал над портретами и картинами «Проводы новобранца» и «Крестный ход в дубовом лесу». По вечерам хозяева и гости собирались вместе, пели, играли, читали вслух рассказы, стихи или научные статьи, спорили об искусстве и политике. В один из таких летних вечеров профессор консерватории А. Рубец прочел переписку турецкого султана с запорожскими казаками:
«Салтан, сын салтана турского, цесарь турской и греческой, македонской, вавилонской, иерусалимской, паша ассирской, Великого и Малого Египта король александрийский, армейский и всех на свете обитающих, князь над князи, внук божий, храбрый воин, наветник христинской, хранитель распятого бога, господарь великий, надежда и утешение басурман, а христианам скорбь и падение. Повелеваю вам, чтоб есте добровольно поддались нам со всеми людьми».
Ответ казаков был таков:
«Салтан, сын проклятого салтана турского, товарищ сатанин, бездны адовы салтан турской, подножие греческое, повар вавилонской, бронник иерусалимской, колесник ассирийской, винокур Великого и Малого Египта, свинопас александрийский, арчак армейской, пес татарской, живущий на свете проклятой аспид, похититель Каменец Подольского и всех земных обитателей поданной шпынь и скаред, всего света приведение, турского уезду бусурман, равен жмоту, клеврет сатанин, всего сонмища адова внук, проклятого сатаны гонец, распятого бога враг и гонитель рабов его, надежда и утешение басурманское, падение и скорбь их же. Не поддадимся тебе, но биться с тобой будем».

Это письмо запорожцев Репин знал с детства, списки его были широко распространены на Украине. Но сейчас оно всколыхнуло самые дорогие воспоминания о родной земле. В Париже он писал картину «Садко», герой которой устремлен не к заморским красавицам, а к скромной, но милой и дорогой сердцу девушке-украинке. По возвращении в Россию Репин спешит в Чугуев и там, вновь ощутив вечно живой дух родного народа, задумывает бодрую, жизнерадостную картину об украинских крестьянах «Вечорницы». В воображении художника встает сцена — запорожцы пишут ответ турецкому султану. Из-под репинского карандаша возникает группа смеющихся казаков: лукаво усмехается писарь, стриженный «под горшок», за его спиной — атаман Серко, рядом казак с протянутой рукой, а чуть дальше «Тарас Бульба», грохочущий во всю свою богатырскую силу. Этапы творчества: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7.

Вернувшись осенью из Абрамцева в Москву, Репин на время оставляет замысел «Запорожцев», пишет «Царевну Софью в Новодевичьем монастыре во время казни стрельцов в 1698 году», заканчивает «Проводы новобранца», создает несколько портретов, продолжает работу над «Крестным ходом в дубовом лесу», «Арестом пропагандиста», «Вечорницами». Но все чаще вспоминал Репин сцену, представшую перед ним тем абрамцевским вечером. Расспрашивал историков о Запорожской Сечи, о героической обороне казаками границ России от турок, крымских ханов и польской шляхты, о легендарном атамане Иване Серко, не раз водившем казачьи ватаги в таврические степи. И когда Репин почувствовал, что он не может не написать эту картину, что он обязательно, непременно должен уже сейчас увидеть ее в красках, на холсте, тогда он приступает к работе над первым живописным эскизом.

продолжение...


   Реклама:
   »  Смотрите информацию купить печь для бани здесь.

"В "Художественном журнале" меня охарактеризовали как ремесленника живописи, которому решительно все равно, что бы ни писать, лишь бы писать. Сегодня он пишет из Евангелия, завтра народную сцену на модную идею, потом фантастическую картину из былин, жанр иностранной жизни, этнографическую картину, наконец, тенденциозную газетную корреспонденцию, потом психологический этюд, потом мелодраму либеральную, вдруг из русской истории кровавую сцену и т. д. Никакой последовательности, никакой определенной цели деятельности; все случайно и, конечно, поверхностно... Не правда ли, похожа эта характеристика?.. Что делать, может быть, судьи и правы, но от себя не уйдешь. Я люблю разнообразие." (Из письма Репина М.Федорову, 4 мая 1886 г.)

* * *

www.ilya-repin.ru, Илья Ефимович Репин, 1844-1930, olga(a)ilya-repin.ru

Rambler's Top100