на главную страницу            

   На главную    

   Биография

   Живопись

   Иван Грозный   
   Крестный ход   
   Запорожцы   
   Портреты   
   Приплыли   

   Графика

   О рисунках

   Лев Толстой

   Воспоминания

   Арт критика:    

   Шер   
   Бенуа   
   Иванов   
   Грабарь   
   Волынский   
   Кириллина   

   В "Пенатах"

   Репин и ТПХВ

   Репин в Питере

   Письма Репина

   Статьи Репина

   Приложение

   Публикации

   Хронология

   Фото архив    

   Гостевая

   Музеи

Илья Репин

   Илья Репин
   1880-е годы

Илья Репин

   Илья Репин
   1910-е годы
   
  
   


Сходка
(При свете лампы),
1883

Первая страница
Вторая страница
Третья страница
Четвертая страница
Пятая страница
Шестая страница
Седьмая страница
 Восьмая страница 
Девятая страница
Десятая страница
Одиннадц. страница
Двенадц. страница
Тринадц. страница
Четырнадц. страница
Пятнадц. страница

   


Герман Недошивин. Образ революционера у Репина

Глубокая человеческая содержательность «Не ждали» обогащает с новой стороны репинский образ революционера. Он живет теперь у него полнокровной жизнью, он многогранен, способен на горести и радости, он герой, но герой глубоко человечный, можно даже сказать - интимно-человечный. Микеланджеловская тема превращается в рембрандтовскую. Но «блудный сын» русского мастера - не только несчастный страдалец, измученный жизнью и без сил прильнувший к отцу,- это человек великой жертвы, человек горделивого подвига, высший идеал русской прогрессивной мысли. Вот откуда учительное значение «Не ждали». Здесь Репин не только гениальный провидец тайн человеческой жизни - он воспитатель. Своей картиной он учит жить, бороться, торжествовать над судьбой. Вот тут мы встречаемся с самой трудной и загадочной страницей творческой истории «Не ждали». Репин долго и мучительно работал над образом ссыльного: он никак не мог найти точного выражения видевшегося ему образа.

В рисунке 1883 года (Государственная Третьяковская галерея) мы видим высокую, стройную фигуру, быстро, уверенными шагами вступающую в комнату. Изможденное лицо дышит энергией, смелостью, в чистом взоре - прямой и откровенный вопрос. Образ здесь внутренне очень схож с образом из «Отказа от исповеди». Сходны даже черты лица, но главное - общая обоим печать непреклонного мужества, хотя в «Отказе от исповеди» это трагический облик смертника, а в рисунке - образ готового к новым битвам борца. Попробуйте, однако, мысленно вставить образ ссыльного из рисунка в картину. Это невозможно. Слишком однопланов этот образ, слишком не вяжется он с трагической значительностью минуты. Иначе звучит уже лицо ссыльного в этюде Уфимского музея, датируемом 1884 годом. Лицо более сосредоточенное, глаза смотрят исподлобья, почти грозно из-под насупленных, резко очерченных бровей. Тяжелые складки легли около губ. Образ стал более трагичным, но в нем неуловимо стирается сила характера, вместо которой здесь начинает ощущаться какая-то нервная напряженность. Каков был ссыльный на картине 1884 года, мы не знаем. Репин впоследствии переписал его лицо и верхнюю часть фигуры. Мы можем судить об этом, однако, по репинскому рисунку с картины (1884, Саратовский музей) и по фотографий, снятой в том же 1884 году. Общий облик ближе к рисунку Третьяковской галереи и представляет собой отклонение от уфимского этюда. Свежие, чуть приоткрытые губы, раздувающиеся ноздри, ласковый и пытливый взор, высоко поднятая голова давал и впечатление сильного, мужественного человека, взволнованного встречей. Образ этот был очень удачен с точки зрения передачи типа революционера, но он немного упрощал сложность человеческого характера и глубину нравственных переживаний. В картине же это было необходимо.

Репина все время мучает голова его героя. Последние два месяца перед Окончанием картины он работает именно над ней. Ему хотелось дать глубокий, сложный образ, что и отразилось в уфимском этюде, но он не рискнул пожертвовать благородным образом мужественного борца, который он взлелеял в работе над «Отказом от исповеди». Но помещение картины на XII передвижной выставке в начале 1884 года не избавляет художника от дальнейших раздумий. Его продолжает беспокоить главная фигура картины, как он признается в письмах. Чуткий ценитель П.М.Третьяков тоже почувствовал нечто неладное и написал Репину в начале 1885 года: «Лицо в картине «Не ждали» необходимо переписать; нужно более молодое и непременно симпатичное. Не годится ли Гаршин?» Это проливает свет на дальнейшую работу Репина. Не забудем, что Гаршин уже в 1883 году служил ему моделью для царевича Ивана будущей картины об Иване Грозном. Страдальчески-грустный образ Гаршина привлек внимание Репина в композиции, где внутренней темой была идея преступления. Писатель должен был стать прототипом жертвы. Первоначально и «Не ждали» и «Иван Грозный» - обе картины, начатые в 1883 году,- перекрещивались в творческих замыслах мастера. Они представляли собой антитезу: кровавая трагедия убийства и торжество морального начала добра. Сложный образ ссыльного должен был стать воплощением нравственной идеи, а для этого и нужна была «гарщинская» трактовка этого образа. Это должно было быть лицо человека, совершившего подвиг. Русское искусство могло уже позволить себе воплотить свой положительный идеал не в отвлеченном образе Мессии - в любом его варианте от Иванова до Крамского,- а в конкретном, живом облике борца. Вот Репин и ищет этот образ. Он должен был быть в картине, картина «ждала» его. И Репин в начале 1885 года перерабатывает голову, ища новых аспектов образа. Но и эта переработка его не удовлетворяет, и в 1887 году он еще раз возвращается к переписыванию лица ссыльного.
В новой переработке Репин резко перегнул палку, едва не погубив картину. Стремясь усложнить душевную содержательность образа, его нравственное богатство, он окончательно уничтожил облик смелого борца-революционера. «Теперь появилось какое-то интеллигентски-благодушное, конфузливое выражение, а волевые импульсы уступили место чертам безволия». И.Э.Грабарь справедливо усматривает в этом новом образе нечто родственное облику приговоренного к казни из «Николая Мирликийского». Это понятно, если учесть Душевные колебания самого Репина в конце 80-х годов. Но какая ирония судьбы! Пять лет назад образ приговоренного к казни революционера дышал у Репина Непреклонным мужеством и энергией, теперь вернувшийся домой к родным Революционер выглядит, как приговоренный к казни. Это в «Не ждали» могло быть следствием лишь минутных колебаний, и в следующем, 1888 году художник в последний раз переписывает голову ссыльного, придавая ей тот облик, который она имеет на картине и поныне. В этой последней голове уничтожены крайности редакции 1887 года, но в Ней от нее кое-что осталось: для входящего теперь уже не ясен ответ на его Немой вопрос, ныне он ищет прощения, в нем есть что-то гонимое, гаршинское, Застенчивое. С одной стороны, это удовлетворяло требованиям создания необходимой в картине трагической коллизии, но героическое начало в образе главного персонажа потускнело. Но в конце 80-х годов «Не ждали» уже окончательно перестала волновать художника как еще не решенная творческая задача, и он бросил работать над головой ссыльного. Мастера волновали новые идеи и образы. Но нерешенность главного образа в картине, точнее, нюансов этого главного образа не снимает огромной роли «Не ждали» и в творчестве Репина, и во всем русском искусстве XIX века.
«Не ждали» фактически завершила цикл работ, посвященных судьбе русского революционера. Русское же искусство в целом приобрело в цикле репинских картин законченное раскрытие одной из важнейших своих тем - темы героя своего времени.

продолжение...


"Кто из нас не помнит, как в дни нашей юности мы преклонялись перед именем Репина? Мы нетерпеливо ждали его новых произведений…, изучали каждый мазок на его картине, самый холст, называвшийся репинским, и казалось, что иначе, сильнее, чем Репин, нельзя и трактовать натуру, не говоря уже об образах в его картинах. Они казались жизненнее самой жизни, столько в них было правды и силы." (Минченков Я.С.)

* * *

www.ilya-repin.ru, Илья Ефимович Репин, 1844-1930, olga(a)ilya-repin.ru

Rambler's Top100