на главную страницу            

   На главную    

   Биография

   Живопись

   Иван Грозный   
   Крестный ход   
   Запорожцы   
   Портреты   
   Приплыли   

   Графика

   О рисунках

   Лев Толстой

   Воспоминания

   Арт критика:    

   Шер   
   Бенуа   
   Иванов   
   Грабарь   
   Волынский   
   Кириллина   

   В "Пенатах"

   Репин и ТПХВ

    Репин в Питере 

   Письма Репина

   Статьи Репина

   Приложение

   Публикации

   Хронология

   Фото архив    

   Гостевая

   Музеи

Илья Репин

   Илья Репин
   1880-е годы

Илья Репин

   Илья Репин
   1910-е годы
   
  
   


Портрет писателя
А.Ф.Писемского,
1880

Глава I - 2 - 3 - 4 - 5
6
Глава II - 2 - 3 -  4  - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
Глава III - 2 - 3 - 4 - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10
Глава IV - 2
Глава V - 2 - 3 - 4 - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
12 - 13 - 14 - 15 - 16
17 - 18 - 19 - 20 - 21
Глава VI - 2 - 3 - 4 - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
Глава VII - 2 - 3 - 4


   


Галина Прибульская. "Репин в Петербурге"

Юноша обращался за помощью в Академию редко, только в случае крайней нужды, и в этих скупых строках можно прочесть всю тяжесть условий, в которых приходилось ему жить. Небольшие подачки в 25-30 рублей два раза в год не могли обеспечить сносное существование, так же как и премии за эскизы, представленные на медали, и заказы на исполнение образов и императорских портретов. Работы в Академии становилось все больше, и времени на заработки оставалось все меньше. Часто не было денег на холст и краски. Среди документов 1868 года мы встречаем еще одно прошение, в котором Репин обращается в Академию художеств за пособием «в связи с затратами на исполнение программы и предстоящими экзаменами за четыре курса из наук».
Сдавая в течение четырех лет аккуратно все экзамены, Репин на пятом году своего обучения, как и многие его товарищи увлеченный живописью, забросил изучение общеобразовательных предметов. Результат не замедлил сказаться. Осенью 1868 года Репин нашел свою фамилию в списке учеников, переведенных в число вольнослушателей за неявку на экзамен. Репин давно уже считался одним из наиболее способных учеников Академии, имел пять серебряных медалей и готовился стать конкурентом на 2-ю золотую медаль. Сгоряча он написал прошение в Совет Академии, обвиняя его в «пристрастии к элементарной грамоте», и просил уволить его из учебного заведения со званием свободного художника. Но П.Ф.Исеев, конференц-секретарь, разорвал прошение со словами: «Вы должны окончить академию как следует. Для кого же тогда ей существовать?!»

Репин шел к намеченной цели. Ни тяжелые материальные условия, ни бесконечные думы о заработке не смогли заставить его отступить... Многие из его товарищей уехали на родину, так и не закончив Академии, - не хватило физических сил и выдержки в борьбе с нуждой. Репин не сдавался. Школа жизни, которую он прошел у себя на родине, в Чугуеве, помогла ему перенести лишения, неизбежные для ученика, не пользовавшегося помощью семьи. Надо сказать, что семья Репина, хоть и принадлежала к сословию поселян, не была бедной. Правда, в те годы, когда отца угоняли в солдатчину, они испытывали острую нужду, но стоило отцу возвратиться и хотя бы несколько лет провести дома, как дом богател... Занимаясь продажей лошадей, отец Репина в короткий срок восстанавливал разрушенное хозяйство. Репин не перенял этой коммерческой жилки от отца, но умение строго рассчитывать свои средства, твердость правил, спасавшие его от богемных настроений окружающей его среды, - все это Репин почерпнул в своей семье. Расчетливость, некоторый аскетизм в материальном отношении, полученные в наследство от отца и которые многие принимали за скупость, помогли ему выдержать лишения. Он бегает по урокам, пишет по заказу портреты... Так, благодаря рекомендации А.И.Шевцова выполняет с дагерротипа портрет одного из лучших мастеров Петергофской гранильной фабрики Ф.В.Морина. Репин не теряет даром ни одной минуты. Все свободное от занятий и от работы время он посвящает самообразованию. Он жадно впитывает в себя все, что видит и слышит вокруг, стремясь пополнить свои скудные знания. И в этом большую поддержку находит у своих товарищей по Академии. Уже в первый год своего обучения в Академии художеств он познакомился и тесно сошелся с группой учеников, чьи интересы были близки ему. Многие юноши, так же как и Репин, приехали из далеких уголков России с одним и тем же желанием - учиться. Их всех связывали общие интересы, общие заботы. Это были годы, когда на арену общественной жизни снова выступила революционно настроенная молодежь. Еще свежи были в памяти выступления студентов университета в 1861 году, за которые многие поплатились заключением в Петропавловскую крепость. Гражданская казнь Чернышевского и его ссылка потрясли молодежь. Его роман «Что делать?» стал любимой книгой русской передовой интеллигенции.
«Даже у нас, в Академии художеств, - вспоминал Репин, - глухо, по-своему волновались смелые головы, пробившиеся в столицу из дальних краев и подогретые здесь свежими событиями 1861 года».
В те годы получили широкое распространение так называемые кружки саморазвития. Собираясь вместе, обычно по принципу землячества, молодые люди так же, как и художники Артели, читали вновь вышедшие романы и повести, знакомились с новейшими критическими статьями, обсуждали самые животрепещущие вопросы политики и экономики. Каждая статья в журнале «Современник» вызывала горячий обмен мнениями. В кругах, близких Академии художеств, естественно, особенно пылко обсуждались вопросы, связанные с искусством.

Вскоре и Репин оказался участником одного из таких кружков. Входили в него в основном украинцы и белорусы. Их тогда в Академии было немного, но они всегда держались вместе. Репин, чье детство было связано с Украиной, тянулся к своим землякам. Основное ядро кружка составляли живописцы, но были среди них и архитекторы, а также студенты университета. Ученики собирались по очереди на квартире друг у друга. Стремление усовершенствоваться в искусстве привело к возникновению своеобразных рисовальных вечеров, где как бы продолжались занятия, начатые в академических рисовальных классах. Рисовали с натуры. Натурщиков не приглашали, - не на что было. Да и не было нужды. Позировали по очереди.
«Собиралось, - вспоминает Антокольский, - нас человек 12-15, все в шубах, тяжелых пальто, у всех были галоши и палки; все это грудой сбрасывалось в одну и ту же комнату - часто такую, где негде было повернуться, - на пол, на кровать, где попало». Хозяин комнаты приготавливал угощение: чай, калачи, масло, сливки. Но иногда не было ничего. «Да что это, черти! Приносите к чаю свои булки, я не могу вас угощать всякий раз, - кричал обычно Шестов. - Моей отцовской стипендии из Воронежа - двадцать пять рублей в месяц едва-едва хватает на одного меня».

продолжение...


"Не знаю других областей искусства, но живопись у теперешних французов - так глупа, так пуста, что сказать страшно. Собственно, сама живопись талантлива, но одна живопись, содержания никакого... Для этих художников жизни не существует, она их не трогает. Идеи их дальше картинной лавочки не поднимаются". (И.Е.Репин о французской живописи)

* * *

www.ilya-repin.ru, Илья Ефимович Репин, 1844-1930, olga(a)ilya-repin.ru

Rambler's Top100