на главную страницу            

   На главную    

   Биография

   Живопись

   Иван Грозный   
   Крестный ход   
   Запорожцы   
   Портреты   
   Приплыли   

   Графика

   О рисунках

   Лев Толстой

   Воспоминания

   Арт критика:    

   Шер   
   Бенуа   
   Иванов   
   Грабарь   
   Волынский   
   Кириллина   

   В "Пенатах"

   Репин и ТПХВ

    Репин в Питере 

   Письма Репина

   Статьи Репина

   Приложение

   Публикации

   Хронология

   Фото архив    

   Гостевая

   Музеи

Илья Репин

   Илья Репин
   1880-е годы

Илья Репин

   Илья Репин
   1910-е годы
   
  
   


Портрет писателя
А.Ф.Писемского,
1880

Глава I - 2 - 3 - 4 - 5
6
Глава II - 2 - 3 - 4
5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
Глава III - 2 - 3 - 4 - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10
Глава IV - 2
Глава V - 2 - 3 -  4  - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
12 - 13 - 14 - 15 - 16
17 - 18 - 19 - 20 - 21
Глава VI - 2 - 3 - 4 - 5
6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11
Глава VII - 2 - 3 - 4


   


Галина Прибульская. "Репин в Петербурге"

В памяти всплыли недавние страшные события - казнь первомартовцев, разгром революционного движения. «Чувства, были перегружены ужасами современности, - вспоминал впоследствии Репин. - Таково было общее настроение жизни. Картины эти стояли перед глазами, но писать их никто не отваживался». И еще: «...естественно было искать выхода наболевшему трагизму в истории... А наша ли история не дает поддержки?» Репин обращается к теме убийства Иваном Грозным его сына. Многие воспринимали тогда мрачный образ Ивана Грозного как символ самодержавия, тирании, насилия. Не случайно к нему обращались живописец В.П.Шварц, писатель и поэт А.К.Толстой. Репин делает первые эскизы, пишет этюды для обстановки в теремах Кремля... Но в Москве Репину работалось все труднее. Привыкший находиться в гуще самых - острых вопросов жизни, Репин не находит здесь отклика своим настроениям. Ему кажется, что в Москве царит равнодушие к животрепещущим сторонам современности. И теперь ему хочется в Петербург - город, где кипит общественно-политическая жизнь.
«Москва мне начинает страшно надоедать своей ограниченностью и тупостью, - пишет Репин. - Сильная, самодовольная буржуазия да тароватое торгашество - вот всепоглощающая стихия. Бедные студенты! Бедная интеллигенция! Нигде они не найдут меньшего сочувствия. Здесь же бескорыстное сочувствие только к деньгам питается да к высокому чину...» О своем желании переехать в Петербург Репин сообщает Крамскому, и последний с восторгом приветствует его решение:
«Как хорошо, что надумали перебраться в Петербург! Знаете, хотя это и болото, но пока столица тут - наше место тоже здесь, наше, то есть бойцов. Это не фраза».
Однако работа над «Крестным ходом» задерживает Репина в Москве. В Петербург он приезжает только 3 марта 1880 года на открытие VIII передвижной выставки. Останавливается в гостинице Демута на Большой Конюшенной, 27. В конце февраля 1881 года приезжает на открытие IX передвижной выставки. Останавливается, вероятно, там же. В письме к Сурикову он отмечает, что остановился в гостинице «Метрополь» на Большой Конюшенной. Первые дни проходят в хлопотах перед открытием выставки. Обычно используемые для экспозиции залы в здании Академии наук были на этот раз заняты выставкой коллекции Н.М.Пржевальского, недавно вернувшегося из своего очередного путешествия. Пришлось разместить выставку в доме Юсуповых на Невском проспекте (№ 86). Парадные залы этого особняка, построенного некогда архитектором Фосатти, не раз уже сдавались владельцами под музыкальные вечера и художественные выставки.

По просьбе Сурикова, оставшегося в Москве, Репин заботится о том, чтобы картина «Утро стрелецкой казни» была вовремя вставлена в раму и повешена на удобном для ее обозрения месте. Позднее он с радостью сообщает Сурикову, что эта картина вызывает восторг у всех видевших ее. Выставка открылась 1 марта. В этот день бомбой, брошенной И.И.Гриневицким, был убит Александр II. «Уже не до картин пока...» - пишет Репин Сурикову. Начались аресты, сотни и сотни людей были вновь брошены в тюрьмы. Репин провел в Петербурге первые дни марта. Здесь узнает он от Стасова, что тяжелобольной Мусоргский находится в Николаевском военном госпитале. Еще в 1873 году собирался он писать портрет композитора, но сильное переутомление, резко отразившееся на здоровье, не позволили ему взяться за работу, и Репин уехал за границу. Там он пользовался каждым случаем, чтобы услышать музыку любимого композитора, в том числе оперу «Борис Годунов», клавир которой был привезен в Париж вдовой композитора А.Н.Серова. Репин и Мусоргский изредка переписывались. Это тяготение друг к другу не было только проявлением личной симпатии, корни его лежали глубже - в близости их творчества. В «Протодьяконе» Мусоргский видел родного брата своего Варлаама. В свою очередь Репину импонировала народность музыки этого композитора. Впоследствии Репин вспоминал: «Думаю, что Модеста Петровича трогал мой искренний (невежественный) восторг перед его гением, тогда еще далеко не признанным. Меня как натуру непосредственную глубоко поражал этот гений, но я это только чувствовал - судить и сознавать этого я не мог...» В 1872 году Репин по просьбе Мусоргского сделал рисунок для обложки его вокального цикла «Детская».

Живя в Москве, Репин из писем и газет узнавал о состоянии здоровья Мусоргского. «Вот опять прочитал я в газете... что Мусоргский очень болен; как жаль эту гениальную силу, так глупо с собой распорядившуюся физически», - пишет он Стасову 16 февраля 1881 года. И вот Репин в Петербурге. Воспользовавшись некоторым улучшением в состоянии больного, Репин едет на Пески, в госпиталь, находившийся на Конногвардейской улице, в доме № 63 (ныне Суворовский проспект, 63), и здесь в течение четырех дней - со 2 по 5 марта - в больничной палате, примостясь у столика и кое-как укрепив подрамник с холстом, он пишет портрет Мусоргского. Так, ничего не меняя, в зеленовато-серого цвета халате с малиновыми отворотами, на фоне белой больничной стены... Всю свою любовь к гениальному композитору воплотил Репин в этом портрете. Перед нами тяжелобольной человек, одутловатое лицо, страдающее водянкой тело. Из-под небрежно запахнутого больничного халата виден край белой вышитой рубашки. Но Мусоргский вызывает в нас не жалость. С потрясающей силой передал Репин глубокий внутренний мир композитора. Его глаза... их трудно забыть. Добрые, задумчивые, они раскрывают перед нами всю чистоту его души. Здесь и воспоминание о свершенном, и печаль о том, что не все, что хотелось, было осуществлено. Репин пишет портрет, не думая ни об эффектах освещения, ни о мазке. Он получился удивительно цельным и законченным. К нему применимы слова Толстого, сказанные по поводу другой картины Репина: «Так мастерски, что не видно мастерства».

продолжение...


"Обзор всего творения Репина в целом заставляет нас хоронить одну из самых драгоценных иллюзий. Чисто живописные достоинства репинских произведений оказываются далеко не столь высокими, как нам казалось прежде, зато литературная сторона его картин и даже портретов неприятно колет глаза, а в иных случаях представляется прямо невыносимой. Со всех сторон до нас доносятся скучные убеждения, забытые, завядшие слова; там же, где мы прежде видели живописное великолепие, «равное Рембрандту и Веласкесу», нас теперь поражает что-то сырое, художественно непродуманное и не культурное..."

* * *

www.ilya-repin.ru, Илья Ефимович Репин, 1844-1930, olga(a)ilya-repin.ru

Rambler's Top100